В ночь Рождества Христова пастухи в долине, невдалеке от Вифлеема, - город и сама пещера Рождества расположены на крутом взгорке, - стали очевидцами дивного видения. Вдруг в ночной тьме воссиял свет, и явившиеся в сиянии Ангелы возгласили праздничную песнь:
- Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человецех благоволение!
Услышав благовестие, сказано в Евангелии, пастухи направились в Вифлеем и действительно нашли в пещере, в яслях, Божественного Младенца, которому суждено было стать Спасителем мира.
Место, где было вифлеемским овцеводам ангельское явление, так и называют Полем пастырей, или, как говорят ласково русские благочестивые паломницы, "Полем пастушков". Церковное почитание этого святого места восходит к первым временам христианства, а само Поле как бы поделили мирно православные и католики. На православном участке сохранилась крипта древнего византийского храма, - по преданию, та самая пещера, в которой укрывались пастухи со своими овцами в ту холодную декабрьскую ночь. Алтарь отмечает место, где похоронены были, по древним свидетельствам, первые очевидцы Рождества Христова. В недавнее время рядом воздвигнута новая греческая церковь.
Архитектор продолжает экспериментировать. После восьмериков (на горе Блаженств, в Вифании) храм приобретает в плане форму десятигранника. Каждая вторая грань оснащена мощным контрфорсом - вполне декоративным, ибо конструкция храма представляется достаточно простой и легкой. Над нижним, основным сложнофигурным многоугольником вырастает десятерик барабана и над ним купол, также разделенный белыми поясами на десять сегментов. Иными словами, принцип десятеричности, напоминающий о церковной десятине - приношении Богу десятой доли от каждого стада и каждого урожая, - проведен архитектором, что называется, сверху донизу.
Барлуцци не был бы самим собой, если бы не попытался и здесь "поиграть" со светом. Помните, в Евангелии прежде всего говорится о том, что на поле "воссиял свет". Этот нездешний, не от земных источников происходящий свет Антонио моделирует специально продуманной системой окон и окошек. В каждой из десяти граней барабана, под специальным треугольным кокошником, прорезаны мощные не то люкарны, не то иллюминаторы. Купол весь превращен в своеобразное ячеистое полусферическое окно: небольшие круглые отверстия в обычном для архитектора алавастровом исполнении, по 88 в каждой из десяти полос кровли, наполняют внутреннее пространство храма загадочным струящимся светом.
Как ни странно, может быть, именно фрески потребовали тогда, в 1953 году, наибольшего труда и заботы. Песок для фресок нужно было возить более чем за сто верст - от берегов Галилейского моря. Поскольку демаркационная линия после еврейско-арабской войны разделила Святую Землю колючей проволокой и блок-постами, лишь немногие высокопоставленные дипломаты могли беспрепятственно пересекать границу. Тем не менее, Барлуцци настоял на том, чтобы песок везли из Галилеи - в "неприкосновенных" дипломатических лимузинах. И другая трудность. Художнику приходилось работать в полутьме, при масляных светильниках. И едва он подносил лампу ближе к стене - свежеподготовленная штукатурка слишком быстро сохла, относил подальше - и создаваемая фреска тонула в сумерках.
Церковь Ангелов на Поле пастушков была освящена, как мы сказали, в праздник Рождества, 25 декабря 1954 года. Барлуцци уже вовсю занимался в это время новым проектом - храмом "Господь плачет".
...В Вербное Воскресенье, за пять дней до Голгофы, когда Спаситель, совершая торжественный свой Вход в Иерусалим, спускался с Елеонской горы к Золотым воротам, Он замедлил на одной из террас и - при виде залитой солнцем панорамы Святого Города, с величественным многоукрашенным Храмом, - не удержался, заплакал.
- Иерусалим! Иерусалим! избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать сынов твоих, как птица собирает птенцов под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст. (Лк. 13, 34 - 35).
Барлуцци накрывает храм черным куполом, нарочито отягченным книзу, словно оплывающим в форме слезы. И по углам кровли ставит тонкие не то вазоны, не то ампулы - говорят, в такие античные плакальщицы в буквальном смысле слова "собирали" слезы.
...Только войдя внутрь (снаружи храм выглядит как небольшая часовня), видим, что он принадлежит к крестово-купольному типу. Точнее, в силу особой камерности внутреннего пространства это не крест - скорее, квадрифолий.
В восточном "лепестке" квадрифолия - ниша с мраморным византийским алтарем, вокруг которого бережно расчищен мозаичный пол раскрытой археологами церкви. В левом, южном, "лепестке" - полукруглая плита с текстом Евангелия от Луки - о том, как на этом самом месте заплакал Иисус. В правом, северном, над входными дверьми - ктиторская доска с надписью: "Христу Плачущему - при Кустоде Святой Земли отце Гиацинте Фаччио, архитектор Антонио Барлуцци, Италия, Канада и Мексика - приносят в лето Господне 1955". (Перечислены страны, участвовавшие в финансировании проекта).
Главное, что бросается в глаза, - алтарь обращен не к востоку, а к западу. Но к какому Западу! Священник, совершающий Евхаристию, прямо перед собой - в полуовале окна, за решеткой в форме тернового венца, с причастной чашей посередине, - видит весь Иерусалим с Золотыми воротами, золотым куполом мечети Омара и серым - ротонды Гроба Господня. Он - символически - и является в данном случае подлинным Алтарем.
...Храм "Господь плачет" стал последним в авторском списке Антонио Барлуцци. Архитектор пытается еще поехать в Назарет, где начаты подготовительные работы к строительству новой базилики Благовещения. Почти десять лет - с 1944 года - Барлуцци работал над проектом назаретского храма. Грандиозный ансамбль Храма Воплощения, воплощения Бога в человеке, должен был стать его лебединой песней. Но проект старого мастера был на сей раз отвергнут, церковные власти предпочли другого архитектора. Антонио, как скажет он в одном из писем, чувствует себя так, словно с него живьем сняли кожу. В первый раз он не знает, что делать, чем заняться. Друзья зовут его домой, в Рим. Кустод Святой Земли, Альфредо Полидори (их сменилось 15 за сорок с лишним лет палестинской эпопеи Барлуцци), обещает, что в случае возвращения в Италию великому зодчему будет предоставлено на выбор, где жить - в монастыре, в больнице или дома, в кругу родных.
Жизнь кончена. Барлуцци пакует в пяти больших ящиках свое нехитрое достояние: книги, альбомы, чертежи и эскизы созданных и несозданных храмов. Все свое, как подобает философу, он унесет с собой...
Последние годы он жил в Риме, сначала с сестрой, в небольшой квартирке, у Колизея, потом перебирается в монастырь - на подворье Стражей Святой Земли. Слишком привык он к монашескому францисканскому распорядку, к ежедневной утренней мессе... Когда Антонио не сможет больше вставать с постели, монахи будут оставлять открытой дверь его кельи, чтобы он слышал богослужение из храма.
Потом придет Сестрица Смерть, как сказал бы святой Франциск...
Он умер 14 декабря 1960 года в Вечном Городе, в котором родился и который любил, может быть, не меньше, чем дальний, знойный, святой и проклятый, столь же вечный Иерусалим.
Комментариев нет:
Отправить комментарий